Клинические исследования человека с помощью приборов MORA

05 лютого, 2019 16:03

2321

05 лютого, 2019 16:03

2321

Прежде всего, в течение последних лет с помощью биорезонансной MORA-терапии был проведен ряд направленных исследований человека, которые подтверждают эффективность данного метода даже с применением такой эмпирической формы испытаний.  

Шумахер (1998) проводил в 1990 и 1991 гг. перспективные неконтролируемые исследования аллергии и непереносимости как медицинских показаний.

Исследование 1990 г. касалось, прежде всего, воздействия биорезонансной терапии на аллергические заболевания кожи (например, нейродермит) и ингаляционно-аллергические заболевания (например, бронхиальную астму) в период отсутствия воздействия аллергена. Пациенты с пыльцовой аллергией были исключены. Согласно Шумахеру, 83% пациентов через 5 месяцев после окончания курса терапии не реагировали на аллерген, а у 11% пациентов отмечено явное улучшение аллергического состояния. Участниками исследования были преимущественно дети и подростки.

Исследование 1991 г. было посвящено воздействию биорезонансной терапии исключительно на пациентов с пыльцовой аллергией (преимущественно дети). Терапевтические процедуры проводились в период отсутствия аллергена. По окончании первого аллергенного сезона, наступившего после проведения биорезонансной терапии, у 43,4% пациентов, согласно Шумахеру, не проявилось никаких симптомов поллиноза, у 15,9% имелись лишь незначительные остаточные симптомы в отдельные дни, а у 34,5% жалобы стали меньше, но отчетливые остаточные симптомы еще присутствовали. Согласно Шумахеру, устойчивый успех терапии возможен только в том случае, если при каждом сеансе биорезонансной терапии проводится лечение только по одному отдельному аллергену.

При обоих исследованиях не сообщалось ни о каких побочных действиях и осложнениях вследствие биорезонансной терапии.

Исследования Шумахера подтвердили позитивные описания единичных случаев лечения пациентов-аллергиков доктора Морелля и многие другие случаи, что вызвало, однако, резкую критику со стороны австрийских врачей, так как результаты были неправдоподобно положительны, и при данных исследованиях не было сравнительной контрольной группы. Это не соответствовало требованиям «медицины, основанной на доказательствах». 

После этого австрийские врачи с целью проверки результатов Шумахера провели два контролируемых исследования (Кофлер и др. 1996, Шёни и др. 1997).

Исследование Кофлера и др. в отношении пациентов с поллинозом дало противоречивый результат. По субъективным показаниям пациентов самочувствие улучшилось у 52,3% участников исследования. Эти результаты в значительной мере совпадают с данными Шумахера. Однако по объективным показаниям, например, по назальной провокации, согласно Кофлеру, после биорезонансной терапии не было никакого улучшения. Для объяснения этого противоречия должна быть приведена ссылка на Галле (2002). Согласно этому автору методология, используемая в исследовании Кофлера, включая использование классической концепции аллергии как метод измерения концепции биорезонансной аллергии, не имеет смысл. Кофлер и его соавторы не сообщают ни о каких побочных явлениях.

Шёни и др. в случае детей с нейродермитом документально подтвердили, что по 2-м из 3-х самых важных целевых параметров (общее количество баллов Коста и баллы оценки зуда) в группе биорезонансной терапии в среднем отмечено в 2- 3 раза большее улучшение, чем в контрольной группе. Следовательно, благодаря воздействию биорезонансной терапии, происходит явное среднее улучшение, по сравнению с группой плацебо. Правда, эти различия согласно Шёни и др. не являются существенными при 5%-ном уровне ошибки вероятности. По моему мнению, Шёни и др. за счет несоответствующего статистического анализа пытаются завуалировать эффективность метода биорезонансной терапии.

Однако положительные результаты Шумахера были подтверждены Червинской и др. (1997), которые провели обширное сравнительное с контрольным исследование воздействия метода биорезонансной терапии при аллергических и респираторных заболеваниях. Благодаря комплексной оценке эффективности до и после биорезонансной терапии, включая целый ряд субъективных и объективных оценок, они пришли к выводу, что степень эффективности биорезонансной терапии оценивается как очень хорошая у 25% пациентов, как хорошая – у 42%, и как удовлетворительная – у 21%. Этот результат гораздо выше, чем полученный в контрольной группе. Эти авторы так же не сообщают ни о каких побочных действиях биорезонансной терапии.

В ходе ряда российских исследований изучалось воздействие метода биорезонансной терапии на ревматические состояния.

Доктора Майко и Гоголева (2000 г.) провели контролируемое исследование эффективности биорезонансной терапии при артрозе (прежде всего, артрозе коленного сустава). По сравнению с чисто традиционным лечением, процедуры биорезонансной терапии явно и значительно повышают эффективность терапии исследовавшихся пациентов – с 57,5% до 94,0%, согласно клинической оценке пациентов (комплексный параметр оценки складывается из боли в суставе, функционирования сустава, анализа крови и работоспособности). По результатам ультразвукового исследования суставов у исследуемых пациентов, биорезонансная терапия, по сравнению с чисто традиционным лечением, дает ярко выраженное, значительное повышение эффективности терапии (уменьшение синовита и тендинита) – с 32,5% до 75,0%. Терапевтический эффект в группе пациентов, прошедших биорезонансную терапию, был намного продолжительнее и устойчивее. Биорезонансная терапия, по мнению авторов, хорошо переносится и не дает побочных действий.

Доктор Гоголева (2001 г.) проверила метод биорезонансной терапии на пациентах с фибромиалгией. Было проведено сравнение двух групп: в одной проводилась мануальная терапия, а в другой – мануальная терапия + биорезонансная терапия. В обеих группах был отмечен явный и значительный эффект терапевтического воздействия. Однако в группе пациентов, прошедших биорезонансную терапию, терапевтический эффект проявлялся чаще, значительно раньше, более выраженно и более длительно по всем зафиксированным параметрам. Индекс мышечного синдрома (комплексный параметр болезненности мышц) улучшился в контрольной группе примерно на 37%, а в группе с биорезонансной терапией – примерно на 72,4%. По сравнению с контрольной группой также отмечено явно выраженное значительное улучшение сопровождающих синдромов фибромиалгии, например, нарушения ритма сна и чувствительности к перемене погоды.

Два российских исследования, проведенных с контрольной группой, (Исламов и др. 1998, 2002) доказывают изменения клеточной биохимии вследствие применения биорезонансной терапии для пациентов с ревматоидным артритом.

Синтез протеинов теплового шока (протеины стресса) уменьшился у пациентов с ревматоидным артритом. Похожие снижения синтеза протеина типичны для всех лимфоцитных протеинов. Это указывает на то, что пониженный синтез протеинов теплового шока при наличии ревматоидного артрита является неспецифическим и отражает общую дисфункцию иммуннокомпетентных клеток, сопровождаемую нарушениями иммунных комплексов и нарушениями неспецифических механизмов защиты от вредных факторов, например, гипоксии. Биорезонансная терапия нормализует сниженный на 60% синтез протеинов теплового шока в лимфоцитах у пациентов с ревматоидным артритом. Исламов и др. (1998 г.), предположили, что терапевтический эффект биорезонансной терапии при ревматоидном артрите достигается за счет восстановления функциональной активности лимфоцитов в отношении нормализации синтеза протеинов теплового шока.

Исламовым и др. (2002 г.) были измерены активность супероксиддизмутазы, каталазы, глутатиона-пероксидазы, а также уровень не содержащих протеин тиоловых групп (восстановленный глутатион) в лимфоцитах крови пациентов с ревматоидным артритом до и после биорезонансной терапии. Состояние антиоксидантной системы в лимфоцитах пациентов с обычной фармакотерапией (диклофенак, преднизолон и т.д.) было отмечено активизацией антиоксидантных ключевых ферментов и пониженным содержанием тиоловых групп. Биорезонансная терапия повышала содержание восстановленного глутатиона и нормализовала активность супероксиддизмутазы и глутатионпероксидазы. Активность каталазы оставалась неизменной. Эти изменения в антиоксидантной системе лимфоцитов указывают на то, что биорезонансная терапия активизирует неспецифические биохимические защитные механизмы в организме пациента с ревматоидным артритом.

В обеих публикациях Исламова и др. подчеркивается, что физический и биохимический механизм биорезонансной терапии неясен. 

Биохимическая неспецифичность эффекта биорезонанса – это важный результат этих обоих исследований. Биохимические неспецифические защитные механизмы активизируются в клетках. Физический механизм этого действия и его влияние на биохимическом уровне не могут быть продемонстрированы экспериментально. Теоретически, в настоящее время мы все еще зависим от гипотез.

Однако наблюдаемый неспецифический биохимический эффект биорезонансной терапии подводит к возможной физико-биохимической модели процесса (подготавливается к публикации): мы предполагаем, что суперслабые электромагнитные взаимосвязи такого рода воздействуют на биохимию клетки – по крайней мере, частично – через так называемые энтропические силы. 

Электромагнитная информация изменяет энтропическую ситуацию в клетке и тем самым не специфически активизирует программы биохимического саморегулирования в отношении электромагнитной информации.

Ниенхаус (2003 г.) в исследовании с контрольной группой изучал воздействие биорезонансной терапии на функциональные желудочно-кишечные симптомы. В результате биорезонансной терапии достигнут отчетливый и значительный эффект по сравнению с группой плацебо в отношении субъективных симптомов, результатов физических исследований, душевного состояния пациентов и измерений в области проводимости. Среднее значение суммы оценок сравниваемых основных конечных результатов (субъективные симптомы, результаты физических исследований) улучшилось в группе биорезонансной терапии примерно на 48,2%, а в группе плацебо – лишь на 3,8%. Эти результаты подтверждают опубликованные Ниенхаусом в 1999 г. результаты проведенного без контрольной группы практического исследования психосоматических заболеваний. Автор не сообщает о побочных действиях. При исследовании с контрольной группой Савельев и др. (2001 г.) изучал воздействие биорезонансной терапии на детей и подростков с аллергической бронхиальной астмой. По сообщениям авторов, биорезонансная терапия значительно сокращает количество, продолжительность и тяжесть приступов, а также позволяет уменьшить дневную дозу бронхолитиков и кортикостероидов по сравнению с контрольной группой. По результатам функциональных методов исследования значительно улучшились параметры бронхиальной проходимости. Кроме того, было зафиксировано уменьшение гистаминной чувствительности бронхов, уменьшение вызванного нагрузкой бронхоспазма и повышение общей физической работоспособности. По сообщению авторов, биорезонансная терапия не давала отрицательных воздействий на детей и подростков. 

Трофимов и др. (1997 г.) провел контролируемое исследование по воздействию биорезонансной терапии на пациентов с обструктивными заболеваниями дыхательных органов. Целевым параметром была выбрана комплексная оценка эффективности до и после проведения терапии, включая субъективные и объективные заключения. По словам авторов, в сравнении с контрольной группой, в группе биорезонансной терапии у большинства пациентов были достигнуты более положительные, более полноценные и более продолжительные результаты самых различных видов. По сравнению с контрольной группой, достижение положительных результатов терапии было достигнуто за более короткий период времени, а дозировки принимаемых медикаментов заметно уменьшились.

Маковински и Крайсл (1999 г.) проводили исследование по воздействию биорезонансной терапии на пациентов с легкими формами хронического заболевания печени. Исследование проводилось с контрольной группой, целевыми параметрами исследования были ферментная активность аспартат-аминотрансферазы (AST), аланинаминотрансферазы (ALT) и гамма-глютамила (GGT) в сыворотке крови. Авторы констатировали, что при небольших поражениях печени биорезонансная терапия может вызывать восстановление поврежденных клеток. После биорезонансных процедур средняя ферментная активность AST через 12 недель снизилась примерно на 42% (в контрольной группе, не подвергавшейся биорезонансу: -4%), средняя ферментная активность ALT – примерно на 50% (в не подвергавшейся биорезонансу контрольной группе: - 5%) и показатели гамма-глютамила снизились примерно на 38% (в не подвергавшейся биорезонансу контрольной группе: -7%). Следовательно, после проведенной терапии все указанные значения оказались в пределах верхней границы области нормальных показателей. 

Папч и Барпвич (1999 г.) проводили контролируемые исследования группы профессиональных спортсменов, пострадавших от синдрома перегрузок мышц, что часто приводит к повышенному травматизму. За относительно короткое время и всего лишь после нескольких сеансов в группе спортсменов, пошедших биорезонансную терапию, удалось добиться более хороших результатов, чем в контрольной группе с использованием обычных стандартных методов.

В контрольной группе тяжесть боли уменьшилась в среднем с 5,25 балла перед терапией до 2,60 балла после проведения терапии; в группе биорезонансной терапии тяжесть боли уменьшилась с 5,41 балла перед терапией до 0,61 балла после проведения терапии. 

Сравнительное исследование Вилле (1999 г.) показало, что биорезонансная терапия не оказывает никакого влияния на заикающихся детей при заданных граничных условиях. Однако Вилле отметил другой важный результат исследований: „… что феномен заикания не подходит для проверочного испытания альтернативного медицинского метода...“. Важно, что в таком исследовании тоже не сообщается о побочных действиях.

Михаэль ГАЛЛЕ, май 2004